Chromov CollectionРеставрация и продажа классических автомобилей
Рубрика «Внимание к деталям»

Дерево и техника

Еще не так давно дерево имело сильные позиции в технике. А когда-то из металла делались лишь гвозди да скрепляющие скобы. Леонардо да Винчи все свои модели делал из дерева, кожи и просмоленной парусины — а что ему оставалось делать?

Дерево и техника. Сегодня такое сочетание кому-то покажется бессмысленным, кто-то скажет — да, когда-то дерево обширно применялось в технике, но теперь его полностью вытеснили металлы, пластмасса, резина и всевозможные полимеры или, к примеру, углеродное волокно, которое многие называют «карбоном», хотя карбон — это углерод в чистом виде. И хорошо, потому что если бы дерево осталось основным материалом для изготовления всего, что обеспечивает наши повседневные нужды, то мы не смогли бы ездить на природу, поскольку этой «природы» мы бы просто не нашли, сколько бы ни ехали. Ведь «природа» в нашем представлении — во всяком случае, как место для отдыха — это лес, или роща. А в пустыню ехать неинтересно, если нет возможности передохнуть в оазисе.

Но еще не так давно дерево имело сильные позиции в технике. А когда-то из металла делались лишь гвозди да скрепляющие скобы. Леонардо да Винчи все свои модели делал из дерева, кожи и просмоленной парусины — а что ему оставалось делать? И тем не менее все его идеи оказались безошибочными. К сожалению, ему не удалось доказать своим высокопоставленным современникам работоспособность своих причудливых конструкций. И полетать на своем «винтокрыле»...

Из дерева выполнялись довольно сложные механизмы. Зайдите внутрь ветряной или водяной мельницы — и увидите, что водяное колесо или крылья ветряка приводят в действие целую систему колес, вырубленных и сколоченных из дерева. Оси — здоровенные бревна. Только жернова каменные.

Телеги тоже делали из дерева. И, когда решили обойтись без лошадей, дерево не удалось отправить в отставку. Капитан французской артиллерии Жозеф Николя Кюньо соорудил из дерева всю ходовую часть своего артиллерийского тягача с паровым приводом. Посетителей Парижской Concervatorie de Arts et Metiers по сей день поражает эта примитивная конструкция из толстенных, грубо отесанных брусьев.

Зигфрид Маркус тоже установил свой газовый двигатель на довольно-таки грубо сколоченную деревянную тележку. А Готтлиб Даймлер и Вильгельм Майбах показали себя настоящими оригиналами. Если присмотреться к их «повозке для верховой езды с керосиновым двигателем», можно увидеть, что рама имеет форму, считающуюся наиболее передовой среди конструкторов нынешних «супербайков». И почему они сделали раму именно такой формы — кто знает? Гонять они не собирались — проехались со скоростью пешехода, и всё...

Автомобили раннего, «пионерского», периода в основном создавались путем установки мотора на подвернувшуюся под руку коляску. И, соответственно, имели деревянную раму и деревянный же каркас кузова, обшитый жестью. И деревянные колеса. Затем форма самодвижущихся экипажей стала видоизменяться, но изготовлялись они все теми же методами. Кузова долгое время сохраняли каретную форму, например, кузова Bugatti typ 44 и typ 41 Royale с виду — настоящие кареты. Иногда деревянный каркас обтягивали кожей или тканью — получался кузов типа Weymann, по фамилии мастера, известного изготовлением таких кузовов. Такой кузов часто можно было встретить на машинах марки Hispano-Suiza или на американских Stutz — машинах весьма дорогих и престижных.

Деревянные колеса «артиллерийского» типа были в ходу до начала 30-х годов. Пойдите в музей — и вы увидите статные Rolls-Royce, Daimler и Packard, гоночные Pierce-Arrow, American La France и Gobron-Brillie с 15-литровыми моторами, компрессорные Mercedes, скромные фермерские Ford, Studebacker и R.E.O. — все на деревянных колёсах. У мощной Itala, на которой князь Сципионе Боргезе ехал из Пекина в Париж в основном через Сибирь, были такие колёса. На бескрайних российских просторах одно из колес не выдержало и рассыпалось. На помощь пришли бородатые мужики — и с новым колесом итальянец благополучно добрался до Парижа. Itala находится теперь в музее имени Карло Бискаретти ди Руффиа, и стенд, на котором она стоит, украшен фотографией тех самых мужиков в бараньих шапках.

До конца 30-х годов кузова автомобилей имели деревянные каркасы. Их изготовление было делом весьма трудоемким. И все же мастера-кароццери сумели создать поистине прекрасные формы. Они были настоящими художниками. Но отреставрировать такой кузов ох как непросто. Ведь каждый брусок каркаса — собственной, как правило, криволинейной формы. То есть, дерево надо гнуть, а для этого его нужно размачивать, распаривать... Заготовки лучше подбирать с естественным изгибом волокон и тесать топором, чтобы сохранить их направление. А ещё дерево нужно морить, чтобы не гнило. Эти секреты пришлось постигать Алёксандру Алексеевичу Ломакову, когда он восстанавливал, можно сказать, из ничего, кузов Mercedes 540К. И овладел он ими, надо сказать, в совершенстве. Хотелось бы, чтобы это знали те, кто видел этот автомобиль на недавних выставках. И пусть не морщат нос, что, дескать, вид не парадный. Времена, когда машина восстанавливалась, были относительно стабильные, но люди жили в основном на 120 рублей в месяц и свободные деньги предпочитали тратить на джинсы и магнитофоны. А старые машины считались никому не нужным хламом. А Александр Алексеевич вложил в Мерседес все средства, которыми располагал. И тогда Мерседес выглядел просто великолепно. Но потом пошли трудные времена, и Мерседесу не всегда приходилось стоять в приличном гараже.

Дерево применялось и в наружной отделке. Были кузова, деревянная конструкция которых не скрывалась, а была выставлена напоказ. Это были, к примеру, торпедо типа Normandie. В основном же подобным образом выполнялись грузопассажирские кузова, причём считались они весьма престижными и ставились на шасси таких марок, как Rolls-Royce, Daimler и Napier. Не случайно английское название такого кузова — estate, то есть «поместье, загородная усадьба». Утилитарная разновидность называлась commercial и выглядела гораздо проще. У дорогих машин, естественно, выставленный напоказ деревянный каркас был тщательно отлакирован. Смотрелось это красиво. Такие кузова были распространены в Америке. Причем если до войны такие машины были транспортом для фермеров, то после войны ездить на них считалось особым шиком. Им давали красивые названия, например, Adventurer или Invincible («Непобедимый»), выпускавшиеся компанией De Soto. Кроме универсалов (station wagon), были деревянные кабриолеты и country-sedans, как правило, с наружным противосолнечным козырьком и багажной решёткой из деревянных планок. Машины эти известны как woodies. Это слово не переводится как «деревянные» или «деревяшки», оно появилось в разговорной речи калифорнийских сёрферов начала 60-х, фанатов группы Beach Boys. Такие машины выпускались в крайне небольшом количестве, их покупатели являли собой малочисленную специфическую группу, и в условиях роста продаж и, соответственно, совершенствования технологий и производственных мощностей, им не нашлось места в производственной программе. Но вплоть до 90-х годов американские универсалы имели декор боковин «woodie-style».

Кузовные дома Barker и Labourdette в 20-30-е годы строили из дерева стильные кузова в форме лодки. У некого индийского магараджи был Bentley с таким кузовом и капотом из алюминия, отполированного до зеркального блеска. Шикарно!

После войны дерево вышло из употребления при изготовлении кузовов. А деревянные рамы были большой редкостью уже в конце 20-х. Одной из последних от них отказалась фирма Franclin. Впрочем, современный Morgan Aero8 имеет кузов на каркасе из английского ясеня, при том, что установлен этот кузов на шасси-монокок, склеенное из алюминиевых панелей. Morgan — ярчайший пример истинно английского консерватизма. Прекрасным ясеневым рощам вырубка не грозит, во-первых, потому, что каждый день со стапеля сходит не более одного Morgan, а во-вторых, потому, что Morgan не только спиливает ясени, но и тут же сажает новые. А Джем Марш и Фрэнк Костин применили на своих автомобилях Marcos несущее основание, примерно такое же, как на Jaguar E-type, но выполненное из авиационной фанеры. Джем Марш весьма успешно выступал на них в гонках.

Дерево, особенно ценной породы — благородный материал и с успехом используется в отделке автомобильных салонов. Однако не всякому автомобилю дерево к лицу. В салоне Mitsubishi Pajero дерево смотрится просто дико, хотя там применен натуральный шпон. Дело в том, что дизайн интерьер Pajero второго поколения разрабатывался в конце 80-х в духе новейших на то время тенденций, и дерево в нем не было предусмотрено вообще. А в 90-е внедорожники стали считаться престижными автомобилями. В нашей стране и говорить не надо, какой статус имел импортный внедорожник — одно слово — «крутой джип». Крутизна — подавай навороты. Вкус порой приобретается труднее, чем деньги. Японцы решили угодить. А за ними — корейцы, предложившие большое количество моделей «с полным фаршем» — кожаным салоном, электропакетом, климат-контролем... Как правило, они звались Dynasty, Majestic («Величественный») или Grandeur («Великолепие»), и их салоны были украшены кричащими пластиковыми наклейками «под дерево». Тогдашний рынок требовал товаров, выглядевших претенциозно, в качестве мало кто разбирался. Этот бум схлынул, когда окончательно оформились социальные группы и люди стали выбирать вещи по средствам. Теперь при покупке потребителя в первую очередь привлекает уж точно не псевдодеревянный декор.

Натуральное дерево — принадлежность элитных, классических автомобилей. В салоне Jaguar Mkll тщательно изготовленные деревянные панели смотрятся отменно. Поражает своей роскошью салон «Аденауэра» — Mercedes 300 50-х годов, сравнимый с гостиной аристократического особняка. Салон Mercedes 600 Pullman выглядит гораздо строже, но дерева там не меньше. Им отделаны панели с кнопками управления приводами стёкол, сидений и люка в крыше, рамки окон и, конечно же, бар с хрусталём авторской работы. Трудно представить себе Rolls-Royse без традиционной отделки двумя сортами ореха. А в салоне Bentley право заменить дерево имеет только полированный алюминий. В интерьере Ferrari никогда не было дерева. Имидж этих машин — скорость, ничего лишнего. Исключение может составить лишь руль Nardi с ободом красного дерева. Но вообще-то такой руль не очень удобен при быстрой езде — проскальзывает в руках. Если вы решите совершить прогулку на Jaguar или Austin-Healey с деревянным рулем, раздобудьте перчатки соответствующего фасона, закрывающие пальцы.

Рассказ о дереве и его роли в автомобилестроении подходит к концу. Из дерева делали рамы, колёса, каркасы и панели кузовов, каркасы кабриолетных тентов и багажные решетки. Впоследствии оно стало использоваться лишь при отделке салона и используется сейчас, потому что это красиво. В своё время некий слесарь автосервиса раздобывал водку, держа пари, есть ли дерево в «Жигулях». Он получал свой литр, подняв заднюю полку салона, под которой обнаруживалась пара деревянных клинышков. А «деревянный автомобиль» в наше время — чудачество. Недавно на одном из автошоу среди всяких автодиковинок присутствовал автомобиль с мотором мощностью около 800 сил, семиметровый кузов которого был выдолблен вручную из махагона. А один американец снял кузов со своего старенького пикапа и поставил вместо него другой, типа родстер, в стиле 20-х годов, который сам смастерил из фанеры. Но получить разрешение дорожной полиции штата на эксплуатацию своего детища, названного гордым именем «Лумбергини», ему не удалось.

in english / по-русски